«Наджимеддин Садыков на русском сказал, что я вас ненавижу и говорить на азербайджанском не буду…»

«Я был свидетелем самоотверженности во время операций по взятию высоты Фаррух наших военачальников-Керима Велиева, Хикмета Мирзоева, Низама Османова, Анвера Эфендиева, ныне находящихся у руля нашей армии…»

«Со стороны бригады, которой командовал Наджимеддин Садыков и которая должна была поддержать нас во взятии Фарруха, не было ни одного выстрела в направлении Улубаба…»

«Интересно, что и ныне, после нашей победы в 44-х дневной войне, российский «миротворческий контингент контролирует те же территории Карабаха, включая высоты Фаррух и Улубаба…»

В пространном интервью Moderator.az полковник запаса Мехман Салимов, бывший замминистра обороны Азербайджана, бывший заместитель командира советского танкового батальона в Гюмри в 1988-м году, рассказал о событиях, произошедших в местах компактного проживания азербайджанских турков в Армении, о проделанной работе по созданию фундамента Национальной Армии в Азербайджане в 1991-м году, о трудностях в военном строительстве, о подробностях ряда операций во время первой карабахской войны, о загадочных обстоятельствах, имевших место в тот период, в том числе о вмешательстве российской разведки в ход боевых действий…

(начало здесь: //moderator.az/müsahibe/402618/rehim-qaziyev-necmeddin-sadikova-orduya-dexli-olmayan-abbas-abbasova-ev-verdi/)

-Мехман муаллим, каковы были взаимоотношения между Рагимом Газиевым и его заместитетелем, тогдашним начальником генштаба Шахином Мусаевым во время первой карабахской войны?

-Взаимоотношения между Рагимом Газинвым и Шахином Мусаевым выглядели нормально. Газиев относился к нему как к военному специалисту. Он пользовался его военными знаниями в формировании армии…
Говоря начистоту, в те годы фактически руководство создаваемой армией, подготовка и проведение операций осуществлялись Шахином Мусаевым…

-А каковы были взаимоотношения между начальником генштаба Шахином Мусаевым, который признался азербайджанским государственным органам, добивающемся его экстрадиции в Москве в конце 1990-го года, что он является агентом ГРУ, и назначенным через год после него на ту же должность Наджимеддином Садыковым? Вы когда-нибудь видели их вместе?

-Да, он был назначен командиром бригады во времена Шахина Мусаева. Пока занимался формированием той бригады, был на одном этаже со мною в течение месяца. Как я уже отмечал ранее, по просьбе Руфата Амирова мы выделили ему два кабинета. В то время Шахин Мусаев фактически управлял армией и создавал максимально благоприятные условия для Наджимеддина Садыкова. И оба говорили только на русском, даже не пытаясь говорить на азербайджанском…
Мы оказывали помощь Наджимеддину вполне искренне. А с какой целью этого делал Шахин Мусаев, сказать не могу. Это надо у него же спросить. Но, как Вы отметили, если Шахин Мусаев признавался, что является агентом ГРУ, тогда вопрос ясен…

-Каким Вы знали Эльбруса Оруджева в бытность его командиром бригады во время оккупации Шуши и Лачина?

-Они были четырьмя братьями. И все получили образование в России. Эльбрус с Эльханом, если не ошибаюсь, окончили танковое училище в Свердловске ( ныне Екатеринбург), а Эльман с Тельманом-в том же училище по подготовке политработников.
Эльхан Оруджев, как и Наджимеддин Садыков, прибыл в Азербайджан накануне событий 20 Января 1990-го года и спустя некоторое время вернулся в Беларусь.
Но эти браться приехали в Азербайджан во время создания национальной армии. И мы искренне радовались, что русские покидают республику, их заменяют азербайджанцы…
С Эльханом Оруджевым впервые мы встретились в 1990-м году в Гяндже. Впоследствии близко познал его. Он начал службу в должности замкомандира полка, где я был замполитом. В конце 1992-го года я был назначен на должность заместителя командира 708-й бригады по политическим вопросам в Агдамском направлении, где он и был командиром…
В 1990-м году, когда я был замкомандира дивизии, документы Эльмана Оруджева, находящегося на службе в Ленкоранской дивизии, были отправлены к нам для перевода его на должность замкомандира танкового полка в Гюздеке по политическим вопросам. Мне представили его документы и я не возразил. Потому что он был азербайджанцем и хорошо знал его брата Эльхана. Потом Эльман Оруджев вырос до звания генерала…
Другой брат Тельман Оруджев впоследствии был назначен на должность замкомандира по политическим вопросам в одну из воинских частей…

-Расскажите пожалуйста, конкретно об Эльбрусе Оруджеве…

-Я знал, что супруга Эльбруса Оруджева по-национальности русская. Когда он поступал на службу, Шахин Мусаев принял его с уважением. Он создал ему все условия и, как уже отметил выше, он был назначен накануне оккупации Шуши и Лачина на должность командира бригады в этом направлении. И Рагим Газиев относился к Эльбрусу Оруджеву нормально, как к профессиональному офицеру….
Даже после оккупации Шуши и Лачина, если не ошибаюсь, он был назначен на должность в Минобороны…
Но я считаю, что и в тот период, и после назначения на основные должности в Минобороны и в армии проводились по указке Москвы…

-То есть по логике вещей выходит, что если Шахин Мусаев, признавший свою связь с ГРУ, с января 1992-го года занимал должность начальника Генштаба Вооруженных Сил Азербайджана, это означает, что роль ГРУ в провале операций с того времени, в том числе в трагедиях в Дашалты и Ходжалы, в оккупации Шуши и Лачина была значительной?

-По логике вещей да…

-Мехман муаллим, наряду с негативными высказываниями в стране о генерале Наджимеддине Садыкове, есть, хоть и меньше, и положительные мнения и публикации. Мы не знаем, насколько они является искренними…
Но прошу Вас, оставить ваши личные взаимоотношения с ним в стороне, рассказать честно и объективно, с точки зрения государственности, интересов армии о том, что приходилось Вам наблюдать и быть в реалии свидетелем событий, связанных с Наджимеддином Садыковым. Как он оказался в азербайджанской армии? Какой Вы вспоминаете свою первую с ним встречу?

-Расскажу все как есть и как Вы просите…
Если я не ошибаюсь, Наджимеддин Садыков впервые был направлен в качестве военного в Азербайджан накануне Январьской резни 1990-го года из Беларусского военного округа Минобороны СССР в звании майора и был назначен комендантом Ханларского (ныне Гекгель) района. И я тогда был в должности замкомандира дивизии в Гяндже. Раньше я думал, что он русский…
Впервые я встретился с вместе с несколькими азербайджанскими офицерами, если не ошибаюсь, в Гяндже через своего земляка Эльхана Оруджева. Во время беседы я допустил ругательство в адрес русских в связи с событиями 20 Января. Особой реакции со стороны Наджимеддина не было. Кто-то из сидящих рядом сказал, что он тоже азербайджанец и он посмотрел на меня улыбнувшись…А потом и он, и Эльхан Оруджев вместе с Наджимеддином Садыковым вернулись в Беларусь…И вернулись обратно в начале 1992-года, когда началось военное строительство…

Если не ошибаюсь, однажды, в феврале 1992-го года начальник оперативного управления Руфат Амиров представил мне офицера, похожего на русского. Я сказал, что лицо его знакомое. Он сказал, что работал комендантом в Ханларе, и я вспомнил нашу встречу. В тот период мы очень нуждались в образованных военных. Поэтому и Наджимеддин Садыков без проблем был принят в ряды нашей армии. Начальник генштаба и исполняющий обязанности министра обороны генерал Шахин Мусаев поручил Наджимеддину Садыкову создать 703-ю бригаду и возглавить ее. Я как помощник выделил ему два кабинета и он начал формирование бригады. Мы в этом помогали ему. В тот период заместителем начальника генштаба Шахина Мусаева был покойный Национальный Герой Шикар Шикаров. Мы вместе с ним готовили проект Закона о Национальной Армии.
Впоследствии он в добровольном порядке, вопреки законам, оставаясь замначальника генштаба, оставил работу в министерстве и уехал к Наджимеддину исполнять обязанности начальника штаба возглавляемой им 703-й бригады. К сожалению, Шикар Шикаров стал шехидом во время боев в Агдере и Геранбое…
Я лично занимался его похоронами в Баку.Увидел следы огнестрельного ранения на сердце…
Светлая ему память…
После Шикара Шикарова начальником генштаба в бригаде Наджимеддина стал Александр Васяк из Беларуси…

-Когда впоследствии встречались Вы с Наджимеддином Садыковым?

-Если не ошибаюсь, в декабре 1992-го года по указанию Министерства Обороны для освобождения высоты Фаррух на территории Ходжалинского района, находящегося и ныне под контролем армян и представляющего большую опасность для Агдама, во время проведения операции, в подготовке которой и я, как командир группировки, состоящей примерно из 2-х тысяч военных, принимал участие, он должен был наступать с правого фланга и поддержать нас. Но в этом направлении не было ни одного выстрела.. Одновременно не было никакой поддержки и со стороны левого фланга в направлении Эфетли и Гаракенда. Поэтому, несмотря на все наши попытки, мы так и не смогли освободить высоту Фаррух. Армяне, пользуясь нашим бездействием, основные силы сосредоточили в направлении Фарруха.Хотя нам уже удалось выдворить армянских военных из части этой высоты. Если бы другие бригады, как я уже говорил, поддержали бы нас, нам удалось бы освободить высоту пооностью. И была бы открыта дорога в направлении Аскерана и Ходжалы.
Я считаю, что в провале и той операции была роль ГРУ российской разведки…
Потому что освобождение этих территорий было не в интересах политики Кремля…
Интересно, что и после нашей победы в44-х дневной войне российский «миротворческий контингент сохраняет под контролем эти территории Ходжалинского района, включая высоты Фаррух и Улубаба…

Скажу также, что многие из офицеров, самоотверженно сражавшихся в составе моей группировки во время операций по взятию высоты Фаррух, находятся ныне у руля азербайджанской армии. Одним из них был нынешний начальник генштаба Минобороны Керим Велиев. В то время он был в звании подполковника в должности замкомандира группировки. Ныне находящиеся в должности замминистра обороны Низам Османов и Анвер Эфендиев тогда были командирами батальонов…
Нынешний командир спецназовцев генерал Хикмет Мирзоев был в звании капитана командиром разведроты группировки…

-До операции по взятию Фарруха Вы согласовывали ли наступательную операцию с Наджимеддином Садыковым?

-Да, конечно, мы согласовывали ее, встретившись в Агдере. Помню, что в то время там находился и замначальника штаба 703-й бригады Сафар Абиев…

-После провала операции по взятию Фарруха Вы спрашивали у Наджимеддина Садыкова, почему они не наступали?

-Да, спрашивал. Я сразу же выехал в Агдере. Представляете, вначале меня не пустили в штаб бригады…После разборок я вошел в кабинет и увидел Наджимеддина в комнате отдыха. Как будто ночью он проводил операцию…
Я в довольно резкой форме спросил его, почему сорвали план операции. А он ответил, что устал очень после операции, поговорим потом…Я ему ответил, о какой же операции идет речь, если не было ни одного выстрела. И вышел, захлопнув дверь…

-А Вы не докладывали министру Рагиму Газиеву о том, что Наджимеддин Садыков провалил операцию?

-Нет, я сразу поехал в Гянджу, где встретился с командиром корпуса Суратом Гусейновым и доложил ему обо всем. А он выругал тех, кто провалил операцию…

-Каковы были в общем взаимоотношения во время тех боев между министром обороны Рагимом Газиевым и с командиром бригады, а затем и корпуса Наджимеддином Садыковым? Были ли Вы свидетелями нареканий в его адрес со стороны министра обороны?

-Если честно, я такого не припоминаю, быть может, и было такое. Но я знаю точно, как уже отмечал, что бы Наджимеддин Садыков не просил у Рагима Газиева и других руководящих должностных лиц по поводу и личного жизнеобеспечения, и по поводу оснащения, вооружения, финансирования бригады, а затем и корпуса, ему не отказывали. То есть за весь период нахождения его на должности он постоянно находился под опекой какого-нибудь должностного лица…
Когда был командиром, все приказы давал на русском языке. Вы представьте себе, что значит давать приказы на русском языке во всех бригадах и корпусах после распада СССР и приобретения Азербайджаном независимости…

-Покойные Эльчибей, Искандер Гамидов, а также Рагим Газиев были известны как преданные к тюркизму, к своей нации…Они не делали разве замечания Наджимеддину Садыкову, почему он не изучает азербайджанский язык?..Да, в те годы шла война. И все же...

-Нет, я этого не замечал…Может быть, когда-то и было такое…
Но примерно в 1995-м или же в 1996-м году, когда я был замминистром обороны, а он-начальником генштаба и первым заместителем министра, он пригласил меня в свой кабинет по служебным делам. Что-то спрашивал, я ему ответил на азербайджанском языке. Тогда он в приказном тоне сказал, чтобы я говорил на русском. А я ему ответил, будьте добры, Вы изучайте сами государственный язык Азербайджана, почему этого не делаете?
А он мне отвечает, что я вас ненавижу и на азербайджанском говорить не буду…
Одним словом, он принципиально не изучал наш язык…
Но что интересно, наши, зная об этом, оставляли его на должности начальника генштаба и для него был выделены переводчики. Неужели в России, Иране, США тоже могут назначать на такую стратегическую должность не владеющего государственным языком лица?
Не раз он ругал и нарекал офицеров, которые не владели русским…

-Мехман муаллим, как сложились после всего этого Ваши взаимоотношения с Наджимеддином Садыковым?

-После этого мы старались избегать встречи друг с другом. Он тоже понимал, что в тот период ему не справиться со мною. Но скажу и то, что такое противостояние с Наджимеддином кое-кому было выгодно…
Определенные лица были заинтересованы в конфликте между нами и пользовались им…

(продолжение следует…)

Султан Лачин