Замира Скаттолон: История азербайджанки в США, мечтающей играть в Голливуде и ставшей отличным риелтером

Замира Дадашева (Скаттолон) с детства грезила мечтой о переезде в США. Там она начала свой творческий путь певицы и актрисы, хотя родители хотели видеть ее в «более серьезной» сфере. Несмотря на это, на ее счету десятки кастингов, сотрудничество со многими агентами и продюсерами.

В интервью Media.Az наша соотечественница рассказала о своих первых съемках в американском кино, неприятном опыте на кастинге, а также о том, как нашла «золотую жилу» в сфере недвижимости, заработав 22 000 долларов за месяц.

— Расскажите, как вы оказались за рубежом?

— Я с детсва мечтала уехать. Мне было 10 лет и я уже тогда хотела уехать в США. Возможно, на меня так повлияли американские фильмы и песни, которые я очень любила. Сразу же сказала родителям, что уеду, правда тогда еще не знала, куда и как. Но, конечно, они не восприняли мои слова всерьез, посчитав это лишь детской фантазией. Однако, когда все готовились к поступлению в университет, я пропускала занятия, прямо заявляя родителям, что не планирую продолжать учебу в Азербайджане.

— Вы были серьезно настроены…

— Именно. Помню родители говорили: «В таком случае мы поможем только материально, а свой путь ищи сама». Они предложили найти самый дешевый вуз в Америке, поскольку моя родная и приемная сестры тоже хотели учиться за границей. Таким образом, в 2007 году я поступила в университет в Мизури.

— Дорогое, наверное, обучение?  

— Я выиграла стипендии по музыке и спорту, благодаря которым получила хорошую скидку на оплату за обучение. В год я должна была платить всего 9 000 долларов. Эта сумма включала в себя питание, проживание и даже вход в кафетерий. Это было очень выгодно. К тому же я работала на кампусе, имела небольшую зарплату… Сейчас, конечно, цены совсем другие, повторюсь, нам тогда очень повезло. Таким образом, мне необходимо было платить 700 долларов в месяц, а до девальвации, это составляло около 300 манатов.

— На какую специальность вы поступили?  

— Изначально на музыкальный бизнес, но потом папа настоял, чтобы я перевелась на более «серьезную» специальность. И я стала учиться на факультете «Управление бизнесом и политические науки», о чем очень жалею. Родители и сами со временем поняли, что не стоило меня сбивать с творческого пути. Так что родители тогда приняли неверное решение. Надеюсь, что папа не обидится, прочитав эти строки (смеется).

— И вот вы переехали в США, ожидания совпали с реальностью?

— Я говорила маме, что как только сяду в самолет, буду всем радостно говорить, что уезжаю. Но как только приземлилась, восторга не последовало. Помню в аэропорту я засунула 100 долларов в банкомат для размена на мелкие купюры, а он просто «съел» их. Так началась моя жизнь в Америке, которую я первые два месяца провела в депрессии. Я даже стала врать родителям, что тут все употребляют наркотики и угрожают мне, чтобы они забрали меня обратно в Баку. Но я рада, что они не позволили мне вернуться, чтобы я смогла отучиться и найти себя в профессии.

— Как вы боролись с депрессией?

— Не зря говорят, время лечит. Мне не нравилась американская еда, люди и даже сам город, в котором я проживала. Он очень маленький, там не было общественного транспорта… Я говорила папе, что мне нужна машина, убеждала его помочь мне купить ее… Слава Богу, он поверил, мы скинулись и купили мне мой первый автомобиль. Как сейчас помню — за 2000 долларов. Я начала ездить по городу и просто знакомилась с новыми людьми. Но, справедливости ради, у меня была прекрасная гостевая семья – греки. Они меня очень полюбили. Я жила у них на выходных и каникулах. Они стирали мою одежду, кормили и давали перекусы на учебу. В тот период я принципиально не общалась с людьми из стран СНГ, чтобы быстрее адаптироваться, привыкнуть к новой культуре и развить языковые навыки.

— Как протекала ваша студенческая жизнь? 

— Начнем с того, что я никогда не была ботаником. А вот мой муж сейчас учится в магистратуре и буквально не выходит из дома, все время учится… А я абсолютно не такая. Мне не важны оценки, хотя училась я неплохо, чтобы не потерять стипендию. Я любила повеселиться, ходила в университетские бары и на вечеринки. При этом, у меня никогда не было желания уйти в отрыв или попробовать что-то запрещенное. И в этом заслуга родителей. Они доверяли мне. А я обо всем им рассказывала. Видели бы вы, что тут вытворяли дети, у которых очень строгие родители…

— Тогда вы уже понимали, что бизнес-управление не для вас?

Конечно, я была уверена, что никогда не буду работать по специальности и продолжала заниматься творчеством. Однажды я выиграла интернациональный музыкальный фестиваль в Сент-Луисе и убедилась, что музыка – это мое. В университете я была частью многих хоровых коллективов.

— Но продвинуться в этой сфере в США очень тяжело…

— Вы правы. Я достаточно быстро нашла себе музыкального агента, с которым мы подписали контракт. Но в музыкальной индустрии обычно годами работают бесплатно, пока не обретут популярность. Поэтому найти агента не так сложно… Пока нет результатов, вы ничего друг другу не должны. В период сотрудничества мне записывали песни, а я участвовала в различных конкурсах.

— Не было мысли построить карьеру певицы в Азербайджане?

— Нет, хотя в 2009 году я участвовала в закрытом кастинге на «Евровидение» в Азербайджане. Его проводил продюсер звукозаписывающего лейбла Izzy Gold Records Крис Янг. Вскоре кастинг отменили и объявили открытый национальный отбор. Крис вернулся в США и мне удалось заключить с ним годовой контракт. Я часто ездила к нему в Нью-Йорк, мы записывали песни, но наше сотрудничество вскоре закончилось.

— Но отбор на «Евровидение» был не единственным кастингом для вас…

— На самом деле, я проходила множество кастингов в США. На музыкальных пробах, как правило, царила негативная атмосфера. Например, я участвовала на первичном кастинге в шоу «Голос» в Америке. Я простояла очередь из пяти тысяч человек и провела там целый день. А все ради того, чтобы мне дали 20 секунд на то, чтобы показать свои вокальные данные, в то время как рядом пели еще два человека. Члены жюри что-то писали, даже не поднимая головы, а потом сказали:«Спасибо, следующие». Затем я узнала, что к тому моменту уже были отобраны кандидаты.

— Каково это проходить кастинг, наткнувшись на полное безразличие?

— Очень тяжело. Я долго работала над собой. Сначала я думала, что проблема во мне, в моем носе, цвете волос, росте, бровях… Но вскоре поняла, что дело в том, что продюсер или кастинг-директор уже имеют в голове идеальный образ кандидата, которого они ждут. И я не виновата, что не подхожу под эти параметры.

— Но музыкой ваш творческий путь не ограничился…

—  Я всегда хотела попробовать себя в актерском мастерстве. Однако будучи студенткой, думала, что построить актерскую карьеру в США может лишь тот, кто здесь родился. Позже я поняла, что это стереотип. После окончания университета я с мужем (на тот момент моим парнем) переехала в Лос-Анджелес. Там есть район, в котором находится много киностудий. Там же работает кофешоп, который я часто посещала. Я приходила туда и просто сидела, ждала, что зайдет продюсер, который меня заметит и моя жизнь вдруг изменится.

— Звучит, как сказка…

Знаю, но именно так и случилось! В один из дней я встретила там известного продюсера Эрика Вархайма (также актера, комика, писателя, режиссера и музыканта), который предложил мне пройти кастинг на роль в пробном выпуске телепередачи «Candy Ranch». На пробах было очень много людей, но мне удалось получить роль.

— Это была главная или второстепенная роль?

— Роль была небольшая. Но имея сейчас шестилетний опыт в этой сфере, скажу вам, что даже небольшая роль на ТВ-шоу, которое выпускает американская федерация художников телевидения и радио (SAG-AFTRA), это большой успех. А у моей героини было около 12 сюжетных линий. Помню, каково было мое удивление, когда мне выделили отдельный актерский трейлер. После окончания съемок я нашла агента и начала получать небольшие роли.

— Тогда актерство стало для вас полноценной работой?

— Это был мой единственный заработок. Также я участвовала в рекламных съемках. Это происходило настолько часто, что сейчас рекламодатели не отправляют меня на кастинги определенных брендов, так как я снималась у их конкурентов.

— Почему?

— Если я снималась в рекламе автомобилей Kia, должно пройти, как минимум, пять лет, чтобы меня допустили до съемок для BMW. Еще я принимала участие в музыкальных клипах Pitbull и других артистов. Но сейчас я бы хотела отойти от этой деятельности и посвятить себя съемкам на телевидении и кино.

— Не думали получить актерское образование?

— Я даже поступила в Колумбийский университет в магистратуру (MFA), но не получила стипендию, а обучение там очень дорогое… Зато я регулярно беру классы у преподавателей по актерскому мастерству. Мой любимый урок был с Эшером Гродманом. Он занимался этим 20 лет и все равно никогда не сдавался, чем мотивировал и меня. В этом году я узнала, что он получил свою первую главную роль в сериале «Призраки» на телеканале CBS. Это меня безумно вдохновило.

— А как семья отнеслась к вашему выбору?

— Папа особо не поддерживал, так как хотел, чтобы я занималась чем-то «более серьезным». Мама тоже, хотя сейчас она мой главный фанат (смеется). Самое важное, что меня всегда поддерживает мой муж Джоао. Если у меня ничего не получится и я буду сидеть дома без какого-либо дохода, он все равно меня поддержит.

— Ваше стремление постоянно развиваться очень вдохновляет. Но готовы ли вы годами тратить силы на то, чтобы стать популярной?

— Я не собираюсь опускать руки. Многие начинающие актеры трудятся в этой сфере, не получая никакого дохода. Им приходится подрабатывать официантами в кафе. Но когда им исполняется 30 лет, они сдаются, так как понимают, что нужно обеспечивать себя и свою семью. Поэтому, как правило, актеров старше 30 лет очень мало. И более взрослые актеры, как я (Замире 31 –Авт.), становятся востребованными, ведь кому-то нужно играть взрослые роли. Если раньше я играла тупых девушек, что мне очень не нравилось, сейчас я получаю роли психотерапевта, полицейского, мамы и так далее. И кстати, чтобы выглядеть старше, я прихожу на кастинги с собранными волосами и в костюме.

— Параллельно актерской деятельности вы занимаетесь и недвижимостью…

— Да, так получилось, что из-за работы мужа мы переехали из Лос-Анджелеса в Майами. Этот город мне совсем не понравился, к тому же я не могла работать, поскольку здесь снимают фильмы в основном на испанском языке. Как раз тогда мы приняли решение пожениться. Родители отправили деньги на свадьбу, а мы на них взяли квартиру в ипотеку. Отмечу, что квартиру в Америке может купить даже гражданин другой страны, имеющий стабильный доход и место жительства. Далее от скуки я начала сдавать комнату в ней по системе Airbnb.

— Как это работает?

— Человек сдает свое жилье или комнату в нем на небольшой срок, например, путешественникам. Это очень доходный бизнес, благодаря которому мы очень быстро закрыли ипотеку. Я пришла в банк и спросила, что еще могу сделать со своей квартирой. Они предложили мне сдать ее в залог банку и взять кредит. В США эта система называется линия домашней справедливости кредита или «HELOC». Если объяснять коротко, сотрудники оценивают квартиру и предоставляют кредит в размере 80% от данной суммы. При этом в кредитную историю квартиры добавляют небольшой залог. Если его не оплатить в определенный срок, то они имеют право забрать жилье. Поэтому необходимо с большой осторожностью относиться к этому и не разбрасываться деньгами.

— Куда вы потратили полученную сумму?

Я взяла в ипотеку еще одну квартиру и стала ее сдавать посредством Airbnb. Тогда у меня был нереально большой доход. Каждый день в течение двух лет не было ни одного дня без съемщиков. За одну ночь я брала 200 долларов. Таким образом, за два года я закрыла и вторую ипотеку.

— И вы решили заняться этим профессионально…

— Именно. Я записалась на курсы риелтора. Сейчас у меня есть лицензия в трех штатах: Флориде, Нью-Йорке и Иллинойсе. Я нашла компанию, в которой и начала работать. Руководство каждые пять минут звонило мне и, грубо говоря, заставляло много работать. Но мне это очень помогло набрать первых клиентов. Потом я сменила место работы.

— Какой процент от каждой сделки получали вы?   

— Если речь идет о купле-продаже, то в штате Иллинойс можно заработать как на продавце, так и покупателе. Если я выставляю жилье на продажу, то получаю три процента от стоимости квартиры. А если я сама нашла покупателя, то получаю еще три процента от сделки. Но это, как правило, происходит редко.

— А как насчет аренды жилья?

— С этим немного другая ситуация. Когда сделка состоялась, моя прибыль равна сумме одного месяца аренды жилья. Но этот момент может меняться в зависимости от того, владеет квартирой отдельный человек или целая корпорация. Один раз я за день заработала 5000 долларов. Ни одному риелтору нашей компании никак не удавалось сдать квартиру в одном здании, а я смогла. Поэтому руководство даже подарило мне ужин на двоих в знак благодарности (улыбается). И кстати, от моего общего месячного дохода компания получает 25%.

— А сколько вы зарабатываете в месяц?

— Не знаю, насколько правильно это разглашать. В сентябре я заработала 22 000 долларов (37 378 манатов), а в октябре 11 142$ (18 930 манатов). Доход всегда разный, например, в июле моя прибыль была 6000$ (10 194 манатов). У меня много сделок, так как у мужа большое количество знакомых в университете, кому нужна квартира, и они все обращаются ко мне. Также я покупаю на акциях дешевые квартиры, ремонтирую их и продаю, но это более сложный процесс.

— Напоследок поговорим о человеке, которого вы неоднократно упоминали в интервью. Где вы познакомились со своим мужем?

— Мы встретились в университете. Я сразу же его заметила и захотела познакомиться, но он абсолютно не обращал на меня внимание. Меня это зацепило, я первая написала ему. По началу все было несерьезно, так как мы оба находились в США по студенческой визе и не загадывали на будущее. Мой муж из Бразилии, он был уверен, что после окончания университета вернется на Родину. Однажды, когда мы уехали на летние каникулы к родителям, поняли, как сильно скучаем друг по другу и по возвращению начали серьезные отношения.

— Как долго вы встречались до замужества?

— Около четырех лет. При этом, когда мы переехали в Лос-Анджелес, то начали жить вместе. Знаю, по азербайджанским традициям это не принято, но я не могу представить себе, как можно выходить замуж за человека, не пожив с ним. Я не собиралась разводиться через пару лет, поэтому пошла на этот шаг.

— А маме с папой об этом рассказали?  

— Да, я от них ничего не скрываю. Маме я вообще рассказываю все, а если нужно, она делится с папой. Помню, я ему сказала, что жить с Джоао мне удобнее, так гораздо дешевле, при этом у нас будут раздельные комнаты (смеется). Если честно, мы с мужем влюбились друг в друга по-настоящему только, когда начали жить вместе. С каждым днем чувства становились только сильнее.

— Родственники в тот период не подливали масло в огонь?

— Еще как. Звонили и жаловались на меня родителям. Но поскольку я и так все рассказывала родителям, они не велись на провокации. К тому же мы знали, какой образ жизни ведут дети этих самых родственников за границей. Я сказала родителям, что пусть проживание с парнем до замужества будет моим самым большим грехом, который я когда-либо совершала.

— Родители сразу приняли вашего мужа?

— Да, они очень его любят, мне даже кажется, что больше, чем меня (улыбается). Когда они отправляют нам посылки на праздники, для меня там лежит один кусочек сыра или кофточка, а для Джоао целая коробка подарков.

— Не обидно (смеется)?

— Конечно, обидно (смеется). На самом деле я очень горжусь своим мужем и понимаю, почему он так нравится родителям. Он очень трудоспособный и целеустремленный человек. Когда он решил получить магистерскую степень, то подал документы в несколько самых лучших университетов мира. В каждый из них он поступил. Один из вуз-ов даже предоставил ему полную стипендию, то есть освободил от оплаты учебы.

Также он очень спокойный и сильный человек, уважает и ценит женщин. Представьте, что за всю свою жизнь он ни разу не пробовал курить, я уже не говорю о чем-то другом. На это повлияло его воспитание. Родители мужа никогда не были строги, ничего ему не запрещали. А чтобы мальчик узнал себя, мама водила его к психологу с семи лет.

— А вы когда-либо посещали психолога?

— После знакомства с мужем я поняла, насколько это важно и тоже стала посещать психолога. Честно скажу, трачу на это огромные деньги, зато я научилась бороться со своей импульсивностью и проработала многие детские травмы. Я думаю, за счет того, что мы постоянно работаем над собой, у нас и сложились такие здоровые отношения.

Лейла Эминова

Media.az