«Азербайджан будет побеждать в Карабахской войне, поэтому Россия поддержит Армению»

Интервью Azeri.Today с известным американским аналитиком, бывшим спецсоветником Госсекретаря США Джеймса Бейкера, экспертом по постсоветскому пространству Полом Гоблом.
— 26 мая скончался один из самых авторитетных американских государственных деятелей Збигнев Бжезинский. Насколько мне известно, вы были знакомы с ним…

— Да, мы были немного знакомы. Бжезинский был главным среди своего поколения внешнеполитических мыслителей о Европе и России, последней живой связью между мудрецами конца 1940-х годов и поколением, которое возникло в конце «холодной войны». Кстати, именно он сыграл важную роль в определении советского вторжения в Афганистан.

— Прошло уже полгода президентства Трампа. Вы удовлетворены его внешнеполитическим курсом?

— Дональд Трамп — первый президент в истории США, не имеющий абсолютно никакого опыта ни в публичной политике, ни во внешнеполитических делах. Ему еще многому следует научиться. Большинство должностей в его администрации по-прежнему вакантны. Насколько я помню, ни один президент США не был столь медлительным, как Трамп. Это значит, что, во-первых, Трамп учится уже на ходу, во время работы, а во-вторых, что он совершает ошибки. Вот лишь один пример: никто не встречается с противоположной стороной без уверенности в том, что каждое произнесенное на ней слово будет записано стенографистом. Это нужно для того, чтобы не позволить противоположной стороне взять под свой единоличный контроль сказанное на встрече.

— На саммите НАТО 25 мая Трамп назвал Россию «одной из угроз НАТО». Это дало повод утверждать, что «медового месяца» между США и Россией не будет. В целом, следует ожидать усиления конфронтации между Москвой и Вашингтоном?

— Во-первых, никакого «медового месяца» между США и Россией и не было. Во-вторых, я думаю, что Трамп восхищается Путиным, поскольку президент России кажется ему сильным человеком, потому что у него были длительные контакты с российскими бизнесменами и потому что он не считает Россию изгоем. Но чем больше накапливается доказательств связей между людьми Путина и Трампа, тем сложнее президенту США будет достичь соглашения с президентом России. Все, что он делает, будет рассматриваться сквозь призму того, что он говорил ранее об этих связях.

— Что еще является препятствием для нормализации российско-американских отношений?

— Главное препятствие тут простое: Россия при Путине не хочет играть по правилам международного порядка, в котором США играют ключевую роль. Кремлевский лидер не соглашается с тем, что время империй окончено, он не согласен с тем, что гражданство, а не этнический признак всегда должно быть первостепенным, и он не соглашается с устоявшимся положением, сложившимся после распада СССР в 1991 году. Более того, он использует новые технологии и большую ложь гораздо эффективнее, чем любой лидер после 1945 года.

— Смогли ли Путин и Трамп снизить напряженность после встречи на саммите G-20 в Гамбурге?

— Встреча Путина и Трампа в Гамбурге вызвала массу спекуляций, но никаких достойных соглашений на ней достигнуто не было. Например, соглашение по Сирии было достигнуто ранее и вне этого совещания. Трамп допустил ошибку, не взяв с собой стенографиста, и поэтому теперь у Путина есть преимущество на счет того, что было предположительно сказано на встрече. Но сама встреча, завершив изоляцию Путина, не сыграла никакой роли в изменении баланса.

— Поездка президента США на Ближний Восток была направлена на создание нового союза и вытеснение России из региона?

— Я думаю, что Трамп хочет оказать давление на Иран, а не вытеснить Россию из региона. Хотя, если последнее все же произойдет, то он не будет против, но это не его цель. Но его действия привели обострению напряженности между суннитами и шиитами, а также к укреплению российско-иранского союза. Это еще больше затруднит нормализацию российско-американских отношений. Но я не думаю, что это было намерением Трампа.

— Россия рассматривает постсоветское пространство как зону своего влияния. Будет ли Америка при Трампе пытаться вытеснить Россию из этого региона?

— Любой может объявить что-либо зоной своего влияния. США сделали это 150 лет назад в западном полушарии. Но сейчас времена уже не те. Страны этого региона имеют право самостоятельно выбирать, с кем они хотят дружить. Москва же считает иначе, и крайне негативно реагирует на то, что делает третья страна в этом регионе. Я не верю, что у США было или имеется намерение ограничить влияние России на постсоветском пространстве. Лично я хотел бы помочь любой из стран региона, которые хотят быть воспринятыми Западом, а не контролироваться Москвой. Но я пока не вижу этого в политике Трампа.

— Господин Гобл, вы хорошо знаете историю Карабахского конфликта, даже принимали участие в переговорном процессе и предлагали свои планы урегулирования. Поэтому хотели бы задать вам следующие вопросы. Возможно ли возобновление полномасштабной войны между Азербайджаном и Арменией в 2017 году? Насколько велико сегодня влияние армянской диаспоры в США? И что нам ждать от России?

— К сожалению, я думаю, что мы ближе к возобновлению полномасштабной войны за Карабах и другие оккупированные территории, чем в любой момент с середины 1990-х годов. Великие державы сейчас сосредоточены на других проблемах, и поэтому то, что происходит, больше зависит от Баку и Еревана. Если конфликт начнется, я думаю, что Россия предоставит помощь той стороне, которая будет проигрывать, а затем снова попытается заморозить конфликт. Учитывая мое предположение о том, что Азербайджан будет одерживать верх в войне, это означает, что Россия поддержит Армению. Возможно, тайно, чтобы восстановить статус-кво, который выгоден Москве.

Что касается влияния армянской диаспоры в США. Реальность заключается в том, что у армянской диаспоры гораздо меньше влияния, чем многие предполагают, а вот эффекта от пиар-акций Азербайджана гораздо больше.

— То есть, ждать активизации администрации Трампа в деле урегулирования Карабахского конфликта не стоит?

— Я не вижу предпосылок для того, чтобы США под руководством Трампом настаивали на урегулировании Карабахского конфликта. Чтобы это произошло, Россия должна отодвинуться на второй план. А это не соответствует общему подходу Трампа. Кроме того, я не думаю, что Трамп рассматривает Карабахский конфликт как нечто значительное, на что стоит тратить время.

Источник: Azeri.Today