Москва хочет сохранить статус-кво в Карабахе

«В настоящее время в российском внутриполитическом дискурсе есть разные подходы к взаимоотношениям с США. Конечно, в целом нормализация отношений с Западом в интересах Москвы, ведь они накладывают свой отпечаток на все сферы, и прежде всего, на внешнеполитическую деятельность, в том числе на постсоветском пространстве и в азиатско-тихоокеанском регионе. Накладывается отпечаток и на внутриполитическую и экономическую ситуации. Как бы ни говорили, что санкции не повлияли на нашу экономику, но все равно определенную роль они сыграли».

 

Об этом в эксклюзивном интервью haqqin.az заявил эксперт Российского совета по международным делам Александр Гущин.
По словам Гущина, не все зависит от России. «Даже если удастся достигнуть какого-либо консенсуса, я не ожидаю быстрых результатов. Не надо думать, что после встречи Путина и Трампа все вопросы будут решены. Уж слишком сложен узел противоречий. Но даже если по каким-то моментам удастся найти консенсус, быстрого потепления при нынешней администрации в Вашингтоне ожидать не приходится. В США верх взяли неоконсервативные силы, достаточно посмотреть на ближайший круг президента Дональда Трампа: Макмастер, Пенс, Мэттис и т.д. Это жестко ориентированные, консервативные люди. Они реалисты, и на односторонние уступки вряд ли пойдут».

При этом, как указывает эксперт, Россия четко показала, что постсоветское пространство – это зона ее особых интересов.

«В данный момент предлагаемые Западом варианты для Москвы не очень приемлемы: не лезть туда-то, не делать того-то, уйти оттуда и пр. А что взамен? Простое снятие санкций? Этого для России слишком мало. Что политически нам будет предложено? Интегрироваться с помощью каких-то программ в ЕС? Преференции в торговле? Или механизм решения проблем, связанных с де-факто государствами, который был бы выгоден Москве?», — задается вопросами собеседник.

«В целом же я считаю, что общий вектор на нормализацию отношений между Россией и Западом обязательно должен быть. Но нужно сохранить лицо, и если России этого не предлагают, то это не устроит Москву. Никакая российская власть не пойдет на серьезные односторонние уступки в духе сдачи ключевых интересов».

Коснулся Гущин и ситуации вокруг неразрешенных конфликтов на постсоветском пространстве, в том числе и карабахского.

«На Западе принято считать, что Россия приложила руку к появившимся де-факто государствам. Либо это осколок «русского мира», как говорят в отношении Приднестровья, либо искусственно созданные Москвой два государства на Южном Кавказе. Так вот, у России различное отношение к конфликтам на постсоветском пространстве. Да, везде (кроме Карабаха) присутствуют в том или ином виде российские войска. В Приднестровье, например, в виде миротворцев. В каких-то случаях Москва признала эти «государства» (здесь и далее кавычки наши – Ред), в других – нет», — говорит эксперт.

Гущин приводит в пример Приднестровье: мультипликации крымского сценария в его отношении не наступило, несмотря на то, что у жителей территории есть консенсус по этому вопросу. Но России это не очень выгодно с точки зрения региональной безопасности.

«Даже подходы к Южной Осетии и Абхазии у России разные. В одном случае сильный реинтеграционный вектор, в другом – «государство» с высокой степенью этнизации».

В целом, как считает собеседник, эти конфликты находятся на периферии внимания Запада и отчасти даже внимания Москвы. «Понятно, что отношения с Грузией для России важны, но все-таки по сравнению с украинским кризисом эти конфликты находятся на периферии».

Как указывает Гущин, Карабах в этом списке стоит особняком. «Здесь заметно серьезное влияние внешних акторов. Турция, Иран, США и т.д. Кроме того, существует формат мирных переговоров. В случае с Грузией, Абхазией и Южной Осетией этого нет. Самое опасное, это когда начинается разморозка конфликта с крушения миротворческого формата. Вот, наши западные партнеры предлагают убрать миротворцев из Приднестровья. Но они там 25 лет и все это время там не гибнут люди. А вспомните, с чего начались события в Осетии? С фактического крушения миротворческого механизма еще до 2008 года».

Продолжая тему Карабаха и его отличий от других горячих точек, Гущин указал на тот факт, что здесь все-таки конфликт между двумя государствами-членами ООН.

«Что касается политики России, то на данный момент — это поддержание статус-кво. При этом Москва использует метод равноудаленности. Несмотря на то, что Армения объявляется и является стратегическим партнером, она член ЕАЭС и ОДКБ, на территории этой страны есть наши военные, Азербайджан остается важнейшим треком российской дипломатии. И никакого одностороннего крена России в ту или иную сторону не будет» — уверен собеседник.

Гущин не исключил в дальнейшем эскалационных моментов, поскольку карабахский конфликт нельзя считать замороженным, он горячий. «Но если России как-то удастся ситуацию подморозить, то это уже можно будет считать успехом».

Беседовал Наир Алиев.