Переговоры не срабатывают, это уже война — Трофимчук

Никакие переговорные, политические, дипломатические механизмы уже не работают. Они не работали, когда речь шла о нескольких десятках убитых военнослужащих, и тем более они не работают, когда убиты два мирных жителя.

Об этом Axar.az сказал российский политолог Григорий Трофимчук, комментируя вчерашний интенсивный артобстрел армянами Физулинского района, в результате готорого погибли мирные жители села Алханлы — двухлетний ребенок и ее бабушка.

«Сейчас это ясно в очередной раз, так как в информационном поле мы почему-то не видим вала комментариев от представителей контролирующих структур. Кажется, их нет вообще, в отличие от десятков тысяч комментариев рядовых граждан», добавил политолог.

Он отметил, что цепь трагедий последних лет в зоне Карабаха становится всё длиннее, и сегодня в неё добавлено новое звено:

«Причём отсчитывать эту цепь надо не с апреля 2016 года, а с августа 2014, когда на линии соприкосновения произошло первое серьёзное столкновение за два десятилетия перемирия. Произошло это, отмечу, после начала украинской войны, когда все конфликты, включая Карабах, автоматически получили новую страшную динамику.

Я часто об этом говорю, но напомню ещё раз: после апреля-2016 был февраль-2017, потом май-2017, потом июнь-2017 – и вот теперь гибель мирных жителей уже в июле 2017 года. Если это не война, то что тогда это такое, когда буквально каждый календарный месяц входит в военную хронику?

Что такое настоящий переговорный процесс? Это такой режим, когда вы как официальный наблюдатель должны не просто громко и чётко зафиксировать нарушение, но и возложить ответственность за него на конкретную сторону, страну, столицу. Сегодня этого нет. Значит, теперь война сама, как говорится в одной поговорке, «план покажет».

Эксперт пояснил, что главный признак неработающих переговорных механизмов, это когда стороны конфликта уже открыто, не стесняясь и не скрываясь, берут на себя ответственность за удары по врагу: «Во время фактически работающего перемирия есть только противники; а во время войны – только враги. Что мы и видим сегодня в зоне армяно-азербайджанского противостояния».

«Война теперь уже не будет «апрельской». Она может быть какой угодно: октябрьской, январской, мартовской», заключил российский политолог.