С чем Туркменбаши едет в Баку?

Предстоящий официальный визит в Баку президента Туркменистана Гурбангулы Бердымухамедова, несомненно, связан c антироссийскими санкциями США, которые по прогнозам экономистов так или иначе скажутся на мировом рынке нефти и газа и на реализации международных энергетических проектов.


В свете создавшегося положения Туркменистану нужно как можно скорее найти альтернативные пути доставки своего газа на европейский энергетический рынок. К тому же по поводу транспортировки туркменского газа в Европу посредством «Газпрома» между Ашхабадом и Москвой не раз возникали споры. Дело в том, что «Газпром» перепродавал среднеазиатский газ европейским потребителям, зарабатывая многомиллиардные доходы на разнице цен. Наконец, экономический конфликт двух стран настолько обострился, что Туркменистан и РФ расторгли свое «газовое соглашение».

В принципе, иначе и быть не могло, потому что в последнее время «Газпром» вообще не признавал, что реэкспортирует туркменский газ, заявляя, что приобретает его для внутренних нужд. В реальности же его смешивали с российским и по экспортным трубопроводам прокачивали в Европу.

Вместе с тем вообще лишиться возможности продавать свое сырье в Европу Ашхабаду, само собой, не хотелось бы. Лучшим вариантом для Туркменистана мог бы стать Транскаспийский трубопровод с последующим его присоединением к TANAP. И даже несмотря на дороговизну прокладки трубы по дну Каспийского моря, Ашхабад готов вложить средства в этот проект, а Азербайджан, в свою очередь, не против того, чтобы стать транзитером туркменского газа. Но любые трубопроводы в обход России встречают сильное противодействие Москвы. Да и Ирану не нужны «газовые конкуренты».

Однако еще в прошлом году в Берлине Бердымухамедов попросил Меркель посодействовать в реализации Транскаспийского газопровода и выразил готовность поставлять в Европу порядка 30-40 млрд кубометров газа в год. То есть, если удастся продвинуть проект, то в перспективе Туркменистан может подключиться к «Южному газовому коридору». И Европа спокойно обойдется без газпромовского «Турецкого потока».


Но при таком раскладе очень важна позиция Баку, где неоднократно заявляли, что не против Транскаспия, но вкладывать деньги в этот проект здесь не будут. Президент Ильхам Алиев даже отмечал, что «если наши партнеры захотят поставлять свои энергоресурсы с востока Каспийского моря в западном направлении через нашу территорию, то мы, конечно же, можем рассмотреть это на основе согласованных условий, и вопрос может быть решен. Однако мы не являемся и не будем инициаторами этого дела».

В общем, Азербайджан к Транскаспийскому газопроводу относится достаточно нейтрально, и в ходе своего визита в Баку, Бердымухамедов видимо попытается привлечь Баку на свою сторону, апеллируя тем, что Евросоюз в лице представителей ведущих европейских энергетических компаний очень хотел бы создать реальные инфраструктурные предпосылки для начала транзита туркменского газа по территории Азербайджана. Причем увязывается это все с созданием «долгосрочно функционирующего и надежного «Южного энергетического коридора», в реализации которого заинтересован и Баку.

Глава Центра нефтяных исследований Caspian barrel Ильхам Шабан, комментируя haqqin.az усилия Ашхабада, отмечает, что в случае реализации Транскаспия Туркменистан получит выход на европейский рынок и положит конец невыгодной для него практике, когда Россия закупала туркменский газ и сама перепродавала его в Европу по гораздо более высоким ценам.


«В принципе, по Транскаспийскому газопроводу в Европу планируется прокачивать не более 10-20 млрд кубометров туркменского газа, и такие объемы не составят конкуренции российскому газу. Однако в долгосрочной перспективе могут быть построены 2-я и 3-я очереди Транскаспийского газопровода, и это уже может стать для России серьезной проблемой», — считает эксперт.

Вместе с тем, несмотря на политические заявления США и ЕС о поддержке Транскаспийского газопровода, без консенсуса между прикаспийскими государствами реализовать этот проект будет сложно, подчеркивает Шабан, обращая внимание на то, что не только Россия, но и Иран выступают против Транскаспийского газопровода. «Строительство газопровода без согласия всех заинтересованных сторон чревато серьезными инцидентами и конфликтами на море, которые способны сорвать строительные работы», — предполагает Шабан, отмечая, что Туркменистан к тому же не берется гарантировать безопасность поставок газа в Европу, перекладывая это на западных партнеров.

«Азербайджан же вообще считает, что является лишь транзитной страной и все вопросы со строительством и безопасностью должны решать Туркменистан — как продавец газа и ЕС – как покупатель», — убежден он.

Ведущий специалист Института проблем международной безопасности Алексей Фененко вообще скептически оценивает реализацию Транскаспийского газопровода.

«Шансов на его реализацию мало. До сих пор не урегулирован до конца правовой статус Каспийского моря. Поэтому не понимаю, как Туркменистан намерен реализовать этот проект. Баку неоднократно заявлял, что готов быть только транзитной страной, а деньги выделять он не хочет. Так, ЕС не гарантирует, США безразлично, Россия и Иран против, Азербайджан платить не хочет. Поэтому мне просто непонятно, как Бердымухамедов сможет убедить Баку. Здесь возможна, скорее всего, попытка Ашхабада выторговать со стороны России какие-то условия, выгодные Туркменистану», — считает российский эксперт.


А по мнению российского экономического аналитика Михаила Крутихина, для реализации Транскаспия существует и еще одно препятствие. Он считает, что вялое отношение Баку к этому проекту связано с тем, что он видит в Ашхабаде конкурента.

«Главная проблема — нет инвестора на эту трубу. Вторая проблема: рынок Южной Европы. Рынок занят азербайджанским газом с месторождения «Шахдениз», который должен в 2020 г. поставляться по TANAP-TAP: 8 млрд куб. м в Италию, 8 млрд в Турцию, 1 млрд в Грецию, 1 млрд в Болгарию. Там уже некому поставлять туркменский газ. Хотя Азербайджан не против стать транзитной страной, но с другой стороны, он хочет зарабатывать сам, без конкурентов», — не сомневается он.

Автор: Заур Расулзаде, отдел политики 

haqqin.az