Азербайджанцам могут и списать долги перед банками

Согласно последним данным, судебные приставы в России в 2017 году могут списать около триллиона рублей безнадежных долгов граждан перед банками. В Федеральной службе судебных приставов РФ отмечают ежегодный рост объема кредитной задолженности, невозможной к взысканию после решения суда. В этом году приставы смогут взыскать примерно половину переданных им долгов. И все чаще причиной для окончания производства становится невозможность взыскания задолженности.

А какова ситуация в Азербайджане? Отвечая на этот вопрос haqqin.az банковский эксперт Акрам Гасанов отметил, что к сожалению, в нашей стране такой официальной статистики нет.
«Конечно, наверняка у Главного исполнительного управления Министерства юстиции, руководящего всеми приставами страны, есть общие показатели кредитной задолженности, которую они сегодня взыскивают. И не сомневаюсь, что у нас тоже за последние годы объем этой кредитной задолженности неуклонно растет. Причины этого роста общеизвестны, и мы неоднократно обсуждали их с вами. Но вряд ли наши приставы могут точно сказать, какую часть этой задолженности невозможно взыскать и придется в итоге списать. Тому есть много причин».

Но сперва Гасанов предлагает разобраться с правовым режимом задолженности, которую невозможно взыскать. «Согласно статье 556 Гражданского кодекса обязательство прекращается из-за невозможности его исполнения, если она вызвана обстоятельством, за которое ни одна из сторон не отвечает. В этом случае кредитор не вправе требовать от должника исполнения обязательства. А в соответствии со статьей 23 Закона «Об исполнении» исполнительное производство по преследованию должника прекращается, если у него не обнаружено имущество и доход, на которые могло бы быть обращено взыскание.

Проще говоря, если должнику нечем платить, то пристав должен прекратить исполнительное производство, и тем самым долг просто списывается. То же самое касается случаев, когда должник лишь частично может погасить свою задолженность: т.е. списывается не вся, а та часть долга, которую невозможно оплатить. Все это касается как задолженности физических, так и юридических лиц», — указывает эксперт.

Тут надо отметить еще два момента в отношении задолженности физических лиц. Во-первых, даже если у гражданина есть доход (зарплата, пенсия), задолженность все равно может быть признана невозможной к взысканию, если этот доход меньше прожиточного минимума его самого и лиц, находящихся на его иждивении. Так, согласно статье 2 Закона «О прожиточном минимуме» одним из назначений института прожиточного минимума является обоснование предела непривлечения доходов физического лица к обязательным платежам.

«Например, семья состоит из родителей и двух несовершеннолетних детей. Прожиточный минимум каждого родителя составляет 164,5 манатов, а каждого ребенка – 136,6 манатов. Таким образом, прожиточный минимум этой семьи составляет 602,2 манатов. Работает в семье только отец. Его зарплата составляет 500 манатов в месяц. Он же и является должником. Очевидно, что этот человек является неплатежеспособным, поскольку его ежемесячного дохода не хватает даже на обеспечение прожиточного минимума его семьи. Ведь должен же он жить за счет чего-то!

Во-вторых, даже если у гражданина есть имущество, это еще не означает, что оно полностью подлежит взысканию. Наше законодательство достаточно гуманно в отношении граждан. Так, Постановлением Кабинета Министров № 89 от 5 июня 2002 года утвержден перечень неприкасаемого имущества должника (если оно не заложено): единственное жилье, земельный участок сельскохозяйственного значения до 1 га, определенное количество мебели, одежды, вещи, нужные для продолжения профессиональной деятельности должника, и т.п. То есть это имущество у должника не могут отнять ни в каком случае», — рассказывает собеседник.

Таким образом, формально все довольно просто. Пристав должен установить наличие официального дохода и имущества должника-гражданина и взыскать долг за счет упомянутых активов. В отношении юридических лиц все еще проще: надо просто ознакомиться с балансом компании. И конечно же как в отношении физических, так и юридических лиц для установления наличия имущества пристав должен дать запрос в официальные реестры регистрации недвижимого и движимого имущества. Если активов нет либо их недостаточно, долг должен быть полностью или частично списан.
Но на практике, по словам Гасанова, очень редко так происходит. Особенно в отношении граждан. «Приставы оказывают на должников сильное давление вплоть до запугивания. Иногда дело вообще доходит до того, что пристав обращается в суд, чтобы запретить должнику выезд из страны либо вообще арестовать его в административном порядке сроком до одного месяца за якобы злостное неисполнение судебного решения. Последнее вообще является национальным позором, ибо, по сути, получается, что человека арестовывают за невозможность оплаты долга. Это просто варварство и противоречит как национальному законодательству, так и международным договорам, к которым наша страна присоединилась. На сегодня Азербайджан, как я уже рассказывал, единственная европейская страна, где за добросовестную неоплату долгов людей арестовывают».

Почему же приставы действуют таким образом? «Прежде всего, потому, что они не доверяют официальному имущественному положению должника. Мало ли что у человека нет официального дохода или имущества, думают они. Ведь живет же он за счет чего-то, а потому пусть и долги платит. Действительно, учитывая теневой характер значительной части национальной экономики, часть должников на самом деле имеет неофициальный доход, подрабатывая то тут, то там. Не исключено также и то, что какие-то должники просто заблаговременно переписали имущество (недвижимость, автомобиль и т.п.) на родственников и друзей, а теперь плачутся, что ни гроша за душой».

Вот потому-то приставы и давят на должников, несмотря на то, что очень часто по официальным данным видят, что должнику платить нечем. Правильно ли это? Конечно, нет. Ведь далеко не все граждане являются недобросовестными неплательщиками. Немалая часть должников, на самом деле, не имеют доходов (либо их так мало, что не подлежат взысканию) и подлежащего взысканию имущества. Почему же они должны страдать и подвергаться давлению приставов из-за недобросовестности других?

К сожалению, приставы действуют неразборчиво и применяют одни и те же методы в отношении всех (правда, в отношении женщин, учитывая национальный менталитет, они более гуманны).

«А между тем, сущность работы приставов сводится в выявлении действительного положения вещей. Если, к примеру, пристав выявил и доказал в судебном порядке, что должник на самом деле имеет фактический доход и имущество, однозначно государство должно быть сурово в отношении подобного должника. Но приставы зачастую не хотят обременять себя работой. Поэтому в своих обращениях в суд они просто пишут: должник не платит, и это автоматически считают злостным уклонением от оплаты. Хотя должны доказать факт злостности: мол, установлено, что должник на самом деле имеет такое-то имущество, такой-то доход, но тем не менее, не платит и т.д. и т.п.

Да, это очень трудная работа! И нередко приставам надо привлекать к работе правоохранительные органы. Но не для запугивания должников, а для выявления настоящего имущественного положения должника. Но, к сожалению, нередко должников запугивают в том числе из расчета на то, что тот пойдет просить деньги у родственников, друзей и соседей. Кстати, этот момент существенно отличает ситуацию в Азербайджане от России.

В России приставу и в голову не придет запугивать человека из такого расчета. У нас все-таки родственные и прочие отношения теснее. Мы готовы помочь человеку, особенно если ему грозит арест. И вот именно на это и давят порой приставы, даже если уверены, что должнику платить нечем: мол, иди проси денег».

Но это очень опасно, отмечает эксперт. Кто-то возможно и попросит. А кому-то будет стыдно, и он просто руки на себя наложит. А третий рассердится и ограбит кого-то ради выплаты долга. Может даже убьет. А кто-то может даже и Родину продаст ради выплаты долга. У нашей страны особое геополитическое положения, и «друзей» у нас хватает. Поэтому это очень острая проблема, и приставы часто сами не понимают, что творят.

Особняком стоит проблема долгов компаний. Кстати, объем проблемных долгов компаний намного выше подобных долгов граждан. Ведь нередко кредиты просто оформлялись на компании-однодневки. Залогом же часто выступали либо товары в обороте (формальный залог), либо даже недвижимость с сильно завышенной стоимостью. В итоге, когда дело доходит до исполнения судебного решения в отношении такой компании-однодневки, выясняется, что взыскивать просто не из чего! Даже залог недвижимости порой оказывается перезаложенным Центробанку, который де-факто косвенно участвовал в этом кредитовании: т.е. он выдал кредит банку, а банк – компании, но у Центробанка преимущественное право на взыскание залога.

«Тут уже конечно приставу в одиночку не справиться. Формально он вроде бы должен прекратить производство, а долг надо списать. Но очевидно, что такие кредиты являются результатом преступного сговора менеджеров банка и фактических владельцев компании-однодневки. Плюс надо еще выяснить роль чиновников Центробанка. Хотя бы потому, что они периодически проверяли банки и должны были выявлять подобные кредитные аферы. Выявление всего этого конечно же не дело пристава. Но и прекращать производство он не должен. Если он подозревает неладное, ему просто надо обратиться в прокуратуру.

А то что прокуратора разберется с такими аферами, сомневаться не приходится. Буквально на днях, как уже сообщал haqqin.az, мы стали свидетелями того, как прокуратура начала разбираться с такими кредитами, выданными Bank Standard, и уже арестовала некоторых горе-предпринимателей. Но это уже, как говорится, совсем другая история…», — отметил собеседник.

Айдын Керимов, отдел экономики