Пакистан: Наваз Шариф уходит, чтобы вернуться

Премьер-министром Пакистана парламент страны избрал Шахида Хакана Аббаси. Его предшественник Наваз Шариф отстранен от власти из-за обвинений в коррупционных преступлениях членов его семьи.
Кресло премьер-министра в Пакистане словно несет на себе некую роковую печать. С 1947 года, за все время существования этого государства, ни одному человеку, вознесенному к вершинам власти, не удавалось досидеть в нем до конца положенного по конституции страны пятилетнего срока.

Но даже в этой мистической ситуации отношения Наваза Шарифа с должностью премьера страны выглядят как-то уж совсем уникально. Глава влиятельного политического клана, президент могущественной партии Пакистанской мусульманской лиги (PML-N) и одновременно – один из богатейших людей страны, контролирующий через принадлежащую ему Ittefaq Group практически всю сталелитейную отрасль страны, Шариф садился в кресло премьера, с учетом нынешнего срока, трижды. И столько же раз досрочно его покидал.

Причем с каждым разом обстоятельства утраты им должности премьера становились все более драматичными.

В 1993 – отработав всего три года – он был отправлен в отставку президентом страны, стремительно расчищавшим путь к власти для тогдашнего лидера оппозиции Беназир Бхутто, «железной леди Востока», погибшей в 2007 году.
Это сейчас президент Пакистана – фигура достаточно номинальная, а в те годы это была вполне полноценная должность, и человек, ее занимавший, двигал премьеров как фигуры на шахматной доске. Причем отправив Шарифа в отставку, Гулам Исхак Хан попутно обвинил его в неудовлетворительном управлении страной, противоправных действиях и коррупции.

В 1997 году Шариф вновь стал премьером, но в 1999-ом военные устроили переворот. Наш герой оказался в тюрьме, а вскоре по обвинению в терроризме, коррупции и злоупотреблении властью был приговорен к пожизненному тюремному заключению. Кстати, в решении суда был внесен весьма циничный пункт, запрещавший ему также – пожизненно заниматься политической деятельностью.

Помогли саудиты. В результате их договоренностей с пакистанскими военными, Шариф и сорок членов его семьи были высланы в Саудовскую Аравию, где и провели почти десять лет.

В 2013 году он в третий раз принес присягу в качестве премьер-министра. И одновременно — возглавил министерства иностранных дел, обороны и стал председателем правительственного Комитета по обороне.

Тучи над ним вновь начали сгущаться в 2015 году, когда имена его детей появились в так называемом «Панамском досье» — миллионах документов фирмы Mossack Fonseca, касающихся компаний-пустышек, создаваемых ею для своих богатых клиентов. Как следовало из этих материалов, на дочь и двоих сыновей Наваза Шарифа были оформлены офшорные компании, через которые якобы проводились деньги для покупки роскошной недвижимости в Лондоне.

Первое рассмотрение Верховным судом этого дела в апреле нынешнего года окончилось ничем. Тогда судьи признали, что доказательства причастности премьер-министра к коррупции недостаточны для его отстранения. Но вот вторая, нынешняя попытка, окончилась для Шарифа отставкой с перспективой дальнейшего судебного преследования. В которое, впрочем, верится слабо. Избранный большинством голосов членов Национальной ассамблеи страны — за него проголосовали 221 парламентарий из 342 – нынешний премьер Шахид Хакан Аббаси — многолетний соратник Шарифа. На пресс-конференции в Исламабаде, состоявшейся сразу после его избрания, он прямо заявил журналистам: «Я надеюсь, что Бог поможет мне в продолжении той политики, которую проводил Наваз Шариф».

Собственно, никто в Пакистане сейчас не сомневается в том, что Аббаси – фигура временная. План экс-премьера безупречен: его младший брат Шахбаз, управляющий сейчас провинцией Пенджаб, за ближайшие 45-50 дней проходит все необходимые процедуры и выигрывает выборы в парламенте, где у партии Шарифа, PML-N, большинство голосов.
По сути, отстранение от власти Наваза Шарифа мало что меняет и внутри Пакистана, и в его внешней политике. Ключевыми в которой были, есть и будут пять направлений – отношения с Индией, с Китаем, с США, Ираном и Саудовской Аравией – и «афганский вопрос». С остальными же – только как производная от перечисленного выше. Изменений здесь может быть только два – некоторое потепление в отношениях с Вашингтоном и некоторое ужесточение позиции в отношении Нью-Дели.

В Иране, кстати, сейчас очень рассчитывают, что при любом варианте – останется ли Аббаси, придет ли к власти Шахбаз Шариф – отношения между Исламабадом и Эр-Риядом станут более прохладными. Представляется, что эти надежды не имеют под собой оснований, поскольку Пакистан и без того в последние годы более чем сдержанно относится к попыткам саудитов вовлечь его в их внешнеполитические авантюры, большего Тегерану от Исламабада ожидать не приходится.

Как не приходится ожидать, что «дело Наваза Шарифа» сколько-нибудь серьезно снизит уровень коррупции в самом Пакистане. В отношении нынешнего премьера, имеющего тесные отношения с Катаром и владельца авиакомпанией Airblue, подобного рода обвинения уже звучали. Но проблема заключается в том, что их можно выдвигать против любого крупного пакистанского политика – не ошибешься.

Автор: Игорь Панкратенко, автор haqqin.az