Ведущим игрокам выгоднее сохранить карабахский конфликт в замороженном состоянии

На вопросы Echo.az ответил ведущий аналитик Агентства политических и экономических коммуникаций России Михаил Нейжмаков

— Министерство иностранных дел Азербайджана накануне выразило отношение к посещению под предлогом принять участие в религиозной церемонии «Гандзасар 777» главой МИД Армении оккупированного Кяльбаджарского района Азербайджана. Как сообщил глава пресс-службы МИД Азербайджана, принятие участия в этом мероприятии министра иностранных дел Армении еще раз показывает, что Армения не заинтересована в урегулировании конфликта путем переговоров. Как вы считаете, должна ли МГ ОБСЕ, которая призвана заниматься урегулированием карабахского конфликта, должным образом реагировать на такого рода инциденты?

— По сложившейся традиции МГ ОБСЕ реагирует, в первую очередь, на инциденты на линии соприкосновения или угрозы, которые могут непосредственно вести к эскалации конфликта. Реакция Баку на данный шаг главы МИД Армении вполне объяснима. Однако посещение официальными лицами Армении Карабаха — явление нередкое. Представители МГ ОБСЕ, скорее всего, считали, что в существующих реалиях такой шаг может иметь дипломатические, но не военные последствия. Поэтому и вероятность, что Минская группа специально отреагирует на такой шаг, была с самого начала невелика.

— Говоря о роли сопредседателей МГ ОБСЕ, опять хочется вспомнить их безучастность к гибели мирных жителей в Физулинском районе, когда весь мир потрясла гибель двухлетней девочки и ее бабушки. Разве такие сопредседатели способны привлечь стороны к мирному решению?

-Во втором заявлении МГ ОБСЕ после обстрела села Алханлы было сказано, что «этот серьезный инцидент является провокацией, которая подрывает мирные усилия». Это достаточно жесткая оценка ситуации для документа такого рода. Способность же привлечь к мирному урегулированию мало связана с резкостью публичных заявлений. Задача сдерживания конфликта (во многом, благодаря усилиям России) сейчас вполне решается. Другое дело, что на затрагивающие регион риски, которые могут повлечь за собой попытки кардинального урегулирования конфликта, страны-посредники сейчас идти не готовы.

— В очередной раз становится актуальным вопрос — может, стоит пересмотреть формат МГ ОБСЕ? Заменить страну или вообще отказаться от услуг этой организации?

— Предположим фантастический сценарий — Турция становится страной- сопредседателем, а не просто членом МГ ОБСЕ, и армянская сторона вынуждена на это согласиться под жестким международным давлением. Возможно, заявления сопредседателей в таком случае будут чуть в большей степени близки интересам Азербайджана. Хотя это все равно будет видно лишь по отдельным нюансам таких документов, которые оценит только сравнительно узкий круг дипломатов, журналистов и экспертов. Стратегически это не даст Баку практически ничего, на международное общественное мнение это почти не повлияет.

С другой стороны, кардинального мирного решения карабахской проблемы не происходит вовсе не потому, что этому чем-то мешает Минская группа. Запуск масштабного мирного процесса — дело рискованное, требующее ресурсов и времени. Ни одна из влиятельных держав, имеющих интересы в регионе, идти на такие издержки не готова. При этом лишним инструмент разрешения конфликтов точно быть не может. Минская группа поддерживает механизм, позволяющий странам-посредникам не только конкурировать, но и согласовывать свои позиции. Для реагирования на всплески в напряженности в зоне конфликта это важно.

— Последние события ярко показали, что армянская сторона не готова возвращать Азербайджану даже оккупированные вокруг Карабаха семь районов. В таких условиях, есть ли смысл продолжать мирные переговоры?

— Опять же вопрос — какова альтернатива? Ведущие державы, имеющие интересы на Южном Кавказе, де-факто поддержать реализацию масштабного военного сценария явно не готовы. Вот и состоявшаяся не так уж давно встреча президента Азербайджанской Республики Ильхама Алиева с Государственным секретарем Соединенных Штатов Америки Рексом Тиллерсоном в Стамбуле прошла, конечно, в благожелательном ключе. Но ее ключевая тема — развитие Южного газового коридора. Здесь, собственно, тот же лейтмотив, что и у приветствия Дональда Трампа конференции «Нефть и газ Каспия».

Вашингтон снова дает понять, что Азербайджан ему сейчас интересен именно в рамках крупных энергетических проектов. То есть, не вовлеченный в масштабные «горячие» конфликты. Турция, кроме своих традиционных интересов в Сирии и Ираке, сейчас явно сосредоточена на возможностях, которые ей может дать ситуация вокруг Катара. Отсюда переброска турецких военнослужащих на территорию этого эмирата и предложение выступить в роли посредника для разрешения кризиса вокруг Дохи. Серьезный конфликт вокруг Карабаха для Анкары был бы сейчас совсем некстати. Тем более не выгодна эскалация карабахского конфликта России.

Не зря, проведя встречу с Ильхамом Алиевым 21 июля 2017 года в Сочи, Владимир Путин обозначил в качестве одной из первоочередных тем общения «как складывается ситуация в регионе». Поэтому надежд на какой-то прорыв в мирных переговорах сейчас, судя по всему, нет. Тем не менее, ведущим международным игрокам по-прежнему выгоднее сохранение конфликта в замороженном состоянии.

Дж.АЛЕКПЕРОВА,

echo.az